Глава 2
– А что я, по-твоему, здесь делаю в начале одиннадцатого? – вздохнула. – Да все нормально, Леш, не переживай. Лягу в подсобке. Два дня занятий, а там на выходные домой уеду.
– А разве Тимур не ставит бар на сигнализацию? Кто ж тебя здесь оставит?
Все-то он знает. И правда – кто? Пожалуй, на это и ответить нечего.
– Ну-у…
На стол со стуком упали ключи.
– Держи, Чиж! Переулок Федосеева, дом два, квартира двадцать восемь. Седьмой этаж. Сегодня переночуешь, а завтра что-нибудь придумаем.
Я уставилась на ключи, как некормленая дворняга на кость, от неожиданности прижав тряпку к груди. Захлопала на парня изумленно ресницами.
– Ой, Лешка, правда, что ли? Мне?
– Правда. Для себя добывал! Сестре спасибо скажи. Достала своим Чижиком!
– Спасибо!
Парень уже встал, собираясь уйти, но вдруг обернулся.
– Только, Чиж, смотри – чтобы завтра к девяти утра тебя из квартиры ветром сдуло! И постарайся не наследить, ясно? Ключи в универе с Ульянкой передашь – так, чтобы никто не видел!
Я энергично закивала. Счастье в жизни есть, однозначно!!
– Не будет! У меня же первая пара в восемь! Да я уже в семь исчезну как Золушка с бала! Честное студентское!
И почему Леший вдруг озадачено нахмурился?
– И никаких оброненных туфелек, – строго сказал.
– Обещаю!
– Ну, тогда беги, Чижик!
– Постой, Лешка! – на самом деле это я уже убегала к подсобке, но повернула назад. – Ты не сказал – в квартире кто-нибудь живет?
– Вообще-то хозяин имеется, – кивнул парень. – Но не переживай, Фань, он только что в другой город свалил, а мне вот ключи оставил – с девчонкой оторваться. Он, гад, дальше прихожей и кухни не пускает, так что ты – считай моя ему месть.
Леший растянул рот в недоброй усмешке, а я покачала головой. Нет, не понять мне мужскую дружбу.
– Фу-у! – оттопырила вниз большой палец, но губы улыбались.
На самом деле мне было все равно. Понять бездомного способен только бездомный. Я устала думать, устала переживать, сейчас я хотела лишь одного – спать!
Йух-ху! Я кинулась к своему шкафчику в подсобке и в две минуты сняла форму, натянула пуховик и шапку. Затолкала в сумку завернутые в бумагу бутерброды. Ну и подумаешь, что вместо чаевых у меня сегодня съестная добыча. Они совсем нетронутые на тарелке лежали – поджаренный хлеб, маслице и красная икорочка. Зато будет, чем позавтракать. Клиенты оставили, а мы – студенты – народ не гордый! Мы и себе прихватим и про товарища не забудем! Да и вообще – вдруг бы пришлось на вокзале какого-нибудь бомжа накормить!
Не-ет, понятное дело, что если бы меня вот так же красиво обхаживал парень, как ту расфуфыренную девицу за столиком – и тебе закуски на полстола, орешки-хрустики, пиво-коктейли разные, – я бы тоже клевала птичкой и глупо улыбалась щедротам мужской души. Клевала бы, а сама молилась, чтобы молния на юбке не разошлась или шов в интимном месте не треснул. А потом бы пришла домой, переоделась в халатик и с голодухи полкастрюли маминого борща навернула. Здесь я девицу понимаю. Вот только на меня-то зачем волком смотреть, когда уходила? Да я вообще предпочитаю отдыхать с подружками! С ними и молнию, в случае чего, расстегнуть можно, и с собой все, что нужно, завернуть! Даже пальцы облизать, если очень хочется!
Я закинула сумку на плечо и побежала к черному входу.
– Пока, Тимур! – чуть не сшибла с ног хозяина, налетев на парня в коридоре.
– Держи зарплату, Фанька.
– Пока, Райка! – махнула рукой официантке, курившей на крохотном крыльце, сбегая по ступенькам. – Я ушла!
И припустила что есть духу к остановке.
Та-акс, переулок Федосеева, дом два…
До остановки оставалось метров сто, колючий морозец неприятно кусал за щеки, ноги оскальзывались на мерзлых лужах, я на ходу достала телефон, включила нужное приложение и стала набирать указанные Лешкой координаты, запрашивая маршрут. Время на улице было позднее, лично я не привыкла в такое гулять-шататься, и приключений на мягкое место совсем не хотелось, учитывая, что ехать предстояло в малознакомый район.
Есть! Эврика! Карта-навигатор сбоев не дает! До чего же техника дошла! Нужный мне переулок оказался в двадцати минутах от центра, в пятнадцати от университета, и мобильное приложение послушно выдало запрашиваемый номер автобуса – «57». Теперь посмотреть расписание…
На остановке стояло человек пять ожидающих – все сплошь мужички угрюмого вида. Потопталась между ними для храбрости, после чего пришлось отвернуться к дороге и взывать к удаче, все время сжимая газовый баллончик в кармане, пока на проспекте не показались заветные огоньки фар. Деньги мне были нужны на съемную комнату и переезд, так что мысль о такси я оставила на крайний случай.
– Переулок Федосеева! – сонно отозвался кондуктор, когда мой нос почти прилип к окну, рассматривая окрестности. – Девушка, вам выходить!
– Спасибо!
Автобус затормозил, двери открылись, и я выскочила. Сделала несколько смелых шагов вперед… и остановилась, неожиданно в этом безумном дне вдруг оказавшись одна. Вскинула голову, оглядывая ряд стройных белых высоток, протянувшихся вдоль улицы. Только сейчас, пожалуй, осознав, на какое сумасшествие решилась. Войти в чужой дом, в чужую квартиру незнакомого человека, чтобы остаться на ночь. Вряд ли такому поступку даже в девятнадцать лет можно найти оправдание.
Точно с ума сойти! Но если я еще секунды две посомневаюсь, взывая к совести, то окончательно сдрейфлю и останусь спать на улице! А этого мне в декабре месяце – ой, как не хотелось! Нужный дом стоял вторым от дороги, и я, уверенно выдохнув, потопала к первому подъезду. Прочь сомнения! Лучше буду помнить о том, что я – Лешкина месть, чем трусливый бездомный заяц!
Нет, ну что за засада! Самый настоящий закон подлости! От обиды даже слезы на глазах выступили и губы задрожали. Уже и квартира есть, и ключи, и совесть спит, и даже появилось желание срочным образом обжиться, а я стою полчаса на улице, как дура, карауля запертую дверь в подъезд. И никогошеньки вокруг – ни единой живой души!
– Да не помню я код замка, Фанька! Ну, спроси там у кого-нибудь или жмякни в домофон! Делов-то!
Вот всегда знала, что Лешка балбес. Как можно не знать очевиднейшую вещь! Тоже мне, а еще друг хозяина называется. Как он вообще собирался с девчонкой-то идти?! Зря только у Ульяшки телефон выпросила.
Я с досадой нажала функцию отбой и вздохнула.
– Девушка, кх-кх, а вы, собственно, к кому?
Господи! И откуда они берутся – эти любопытные бабульки в двадцать три с копейками по Москве? Делать им, что ли, больше нечего, как в засаде сидеть? Лично моя – высунула нос в узкую фрамугу окна первого этажа и подозрительно прищурилась.
В городке, где я жила, в родительском доме тоже имелась такая фрау Мюллер, и я из личного опыта знала, что отвечать нужно быстро, четко и вразумительно, пока бдительный датчик наблюдателя не засек диверсанта. Иначе в ход запросто мог пойти водяной пистолет, а то и что похуже. Например, свисток и старое охотничье ружье. Ржавое и без патронов, но кто о том знает? Именно так моя соседка баба Шура отгоняла от подъезда разгулявшуюся молодежь.
– К Ивановым! – бодро ответила, вытянувшись перед бабулькой по стойке смирно. – Племянница я! Телефон вот разрядился – позвонить не могу, а номер кодового замка забыла!
О-о-ой, и чему меня только жизнь учит. Уже и врать начала, да так складно! Хорошо хоть мама не слышит.