Глава 5

Но друг вскакивает на ноги и орет вслед пацану:

- Ты слышал, ушлёпок! Еще хоть раз увижу, будешь обрубком в носу ковырять!

Я дергаю друга за футболку, и он снова падает рядом на ящик.

- Достал… - продолжает злобно шипеть.

- Оставь его, Холт! – я повышаю голос. – Это не любопытство, а чувство опасности выгнало его сюда. Ему не все нравится! Хоть один Палмер с головой!

- И что? – дергает плечами Николас. - Кто его спрашивает?

- Никто. Но возможно, что именно он когда-нибудь выберется из того дерьма, в которое его сначала засунул папаша, а теперь сует Крис! Ты же не думаешь, что Мэт сегодня будет спать?

На дороге мелькает полицейский патруль, и я встаю. Говорю громче, обращаясь к друзьям:

- Кончай там уже, Лу! Ник! Нам пора!

Мы входим с Холтом в дверь гаража и проходим мимо барахтающейся парочки через боковой бокс в основной, в котором стоит л «Додж» с разбитой фарой и глубокой вмятиной на крыле, к внешнему выходу. Выйдя на улицу, поджидаем Лукаса и Тильду возле наших с Ником мотоциклов.

Лукас сильно похож на брата – тот же рост, темные кудрявые волосы и черные круглые глаза. Он намного худощавее Кристиана, но в широкой кожаной куртке это не так заметно. К тому же в сентябре вечереет уже раньше, и я надеюсь, что недостаток сходства получится скрыть. Тому, кто случайно запомнит его имя, в будущем будет сложно отличить братьев друг от друга даже под присягой, и мне это кажется хорошим выходом, чтобы хоть как-то прикрыть старшему Палмеру зад, раз уж он сам до этого не додумался.

Когда наконец из гаража появляются Лукас и Тильда, я объясняю задачу блондинке. Несмотря на продажную натуру, мозги у девчонки есть, и зубы тоже.

- Детка, сейчас проедемся по Сэндфилд-Року и заглянем в пару людных мест. Тебе придется висеть на Лукасе пиявкой и называть его Крисом столько раз, пока он не оглохнет и сам в это не поверит. Все поняла?

Она одергивает на бедрах короткое платье и поправляет светлые, крашеные волосы, которые сбились на затылке. Улыбается с вызовом, коснувшись кончиком языка края лукавых губ.

- А на тебе нельзя повисеть, красавчик? Я бы не отказалась.

Я беру переброшенную через сидение мотоцикла короткую кожаную куртку и надеваю на себя. Достаю из кармана джинсов ключи и вставляю их в замок зажигания.

- Нет. Ненавижу объятия, они меня душат.

Тильда отпускает смешок и вдруг замечает, скользнув взглядом по моему паху:

- Я об этом догадалась, Райт. И хоть сегодня ты меня не захотел, но я еще помню, как именно ты предпочитаешь заниматься любовью.

Она не успевает договорить, последнее слово все еще висит в воздухе, а холод уже сковывает мою грудь и сдавливает горло.

Меня коробит от всего, что может быть связано с этим гребаным чувством, но больше – от хитрого выражения лица блондинки, которая, похоже, забыла с кем имеет дело.

Резко схватив пальцами слабое запястье, я дергаю ее на себя, сжимая челюсти.

Тильде правильно кажется, что она сказала что-то не то, и девчонка бледнеет.

- К-картер, прости! – лепечет тем тише, чем ближе оказываются мои глаза. - Я не хотела…

- Тогда заткнись, Стронг! И лучше сама! Если не хочешь, чтобы я тебе помог!

Парни уже завели свои мотоциклы и ждут нас. Я отталкиваю Тильду, надеваю шлем и сажусь на свой черный «Ducati». Столкнув его с подножки, завожу мотор и коротко киваю девчонке в сторону Палмера.

- Чего ждешь? Садись к Крису, вечер будет длинный! И пока не разрешу, о Лукасе забудь!

- О! – быстро соображает Тильда, вновь показав зубы. – Поняла!

- Лукас?

- Да? – откликается друг, передавая второй шлем блондинке.

- Тебе придется поговорить с Мэтью – сегодня ты остался с ним дома. И хоть сдохни ночью, а завтра утром ты должен быть на тренировке у Херли.

- Это все, Райт? – улыбается друг.

- Нет, есть еще кое-что. Когда вернешься, передай Кристиану, что он чертов тупой ублюдок!

Мы проезжаем мимо управления полиции и сигналим двум копам, патрулирующим участок. Отираемся у пляжа, где все еще много людей; заезжаем в дорожную забегаловку, в которую раньше не заглядывали, и довольно шумно, но мирно себя ведем.

Тильда с Лукасом изображают влюбленную парочку, и девчонке шикарно дается импровизация, когда она вдруг ревнует «Криса» к одной из официанток и закатывает ему ссору со слезами…

Уже поздним вечером мы вчетвером приезжаем на Утёс – есть в Сэндфилд-Роке такое место на скале, обращенное к океану, куда подступает лес и где любит собираться молодежь, если хочет оказаться подальше от любопытных глаз. Встаем полукругом в свете фар и глушим двигатели.

Сегодня здесь собралась компания Рэя Уолберга, вокруг стоят тачки и мотоциклы, недалеко от обрыва горит костер и движутся под музыку силуэты – вечеринка в самом разгаре, и из блютусных колонок в два горла орет «Rammstein».

Эти ребята постарше нас, но мы все родились в этом городе и давно с Рэем знакомы, так что какая-то парочка продолжает заниматься сексом на одном из капотов, не обращая на нас внимания. А сам он целуется с длинноволосой девчонкой, сжимая одной рукой банку с пивом, а другой ее задницу.

Наконец он отрывается от своего занятия и приветствует нас взмахом руки, щедро глотнув выпивку из горла.

- Здорово, Райт! Что, решил проветриться? Не далеко ли забрался?

Чтобы не перекрикивать музыку, мне приходится подойти ближе и пожать парню руку.

- Привет, Уолберг! Типа того.

- Ты что-то здесь забыл?

Я смотрю на его девчонку, и он крепким шлепком пониже спины отправляет ее к костру.

- Джулия, малышка, иди погуляй! Я сейчас!

На крупном лице Рэя появляется кривая улыбка, и я отвечаю ему тем же. Наверняка он заметил брата Кристиана, с которым не очень ладит, и догадался, что мы здесь не просто так.

Я сую руки в карманы куртки и пожимаю плечами:

- Возможно. Как насчет крепкого косяка? Говорят, ты сейчас мастер самокруток и скупил в городе всю папиросную бумагу. Вот я и решил спросить, так ли это?

- Кто говорит?

Мне незачем ходить вокруг да около, я давно предполагал, что Рэй не только сам курит травку, но и сбывает её, поэтому криво улыбаюсь.

- Я.

Мы стоим вдвоем, Ник с Лукасом остались позади, и смотрим друг на друга.

Через минуту я считаю нужным добавить:

- У меня в карманах полно сюрпризов, Рэй, тебе не понравится.

Ему уже не нравится, но он достаточно хорошо меня знает, чтобы нервничать. Случись что, я бы не стал предупреждать, и он тоже.

- Главный твой сюрприз, парень – это отмороженные мозги! – замечает вполне серьезно. – Я бы не удивился, если бы узнал, что ты прожил одну жизнь за две. Хочешь поговорить по теме?

- Нет, - я качаю головой, - мне это не интересно. Всего лишь убедиться, что мы понимаем друг друга.

- Тогда лучше поздравь меня, Райт! – снова улыбается Уолберг. - У меня сегодня день рождения!

Пару минут назад он отправил длинноволосую подругу к костру, но она явно по нему тоскует и вертится поблизости. Я киваю подбородком в ее сторону.

- Поздравляю, Рей! Вижу, ты уже отметил?

Он тоже замечает ее взгляд и смеется:

- О, нет! Ночь только началась, парень! Так что будь добр, не тяни!

Когда я возвращаюсь к друзьям, Тильды с ними уже нет, ее смех доносится из темноты вместе с мужским, и я говорю Лукасу:

- Все нормально, Палмер. Уолберг не станет о вас трепаться. Возвращайся домой и молись, чтобы Крису все сошло с рук.

- А ты?

- Я остаюсь.